— Возможно, у меня очень правдоподобная галлюцинация.

— Ну так позови людей. Если десять человек видят одно и то же видение, галлюцинация ли это? Будь благоразумным, Шимон! Вот я стою перед тобой, говорю тебе о вещах, о которых могу знать только я, а ты отрицаешь, что я — это я…

— Благоразумным? — взвился я. — Что в этом может быть разумного? Йосеф, ты хочешь, чтобы я поверил в призраков, в блуждающих демонов, в дибуков? Разве я какой-нибудь темный крестьянин из польской глухомани? Мы разве в Средние века живем?

— Ты назвал меня Йосефом, — тихо ответил он.

— Мне трудно звать тебя Сеулом, когда ты говоришь таким голосом.

— Так ты веришь в меня!

— Нет.

— Послушай, Шимон, ты же не знал большего скептика, чем я. Я не интересовался Торой, Моисея считал легендой, я пахал поле в Судный день, я смеялся в лицо несуществующему Б-гу. Что такое жизнь, спрашивал я, и отвечал — это случайность, биологический феномен. Но тем не менее вот он я. Я помню, как умер. Целый год я блуждал по этому миру бесплотным духом, ощущал материальные предметы, но не мог разговаривать. А сегодня вдруг обнаружил себя в этом теле и понял, что стал дибуком. Если даже я поверил, как ты, Шимон, можешь сомневаться? Ради нашей дружбы поверь в то, что я тебе рассказал!

— Ты на самом деле стал дибуком?

— Я стал дибуком.

Я пожал плечами.

— Хорошо, Йосеф. Ты — дибук. Это безумие, но я верю тебе.

Поверил ли я на самом деле? Или я поверил, что поверил? Как мог я не верить… Кунивар заговорил голосом Йосефа Авнери, и другого объяснения этому не было. Меня прошиб холодный пот. Я столкнулся лицом к лицу с невероятным, и все мое мировоззрение пошатнулось. Теперь все возможно. Б-г может воззвать ко мне из пылающего куста. Солнце может остановиться. Нет уж, сказал я себе, давай-ка принимать иррациональные вещи поэтапно, по одной за раз. Появилось свидетельство существованию дибуков, значит, дибуки существуют. Но все прочее, относящееся к невидимому миру, оставим несуществующим, пока не убедимся в обратном.